Впрочем, не допуская никаких «новшеств» в своем образе жизни, род людской в лице кроманьонцев вымер бы, как это сделали наши предшественники — неандертальцы. А между тем постепенно ситуация менялась: человечество искало больших возможностей, старалось выжить и благоустроиться на новых территориях. Иммунная система стала «снисходительнее»: она уже не кидалась на все посторонние существа с одним–единственным намерением – замочить гада! Некоторые микроорганизмы уже воспринимались как нечто «свое», родное. Такие «бывшие враги», ставшие в изменившихся условиях жизни «новыми друзьями», превратились в антигены. В каждой группе крови – свои антигены, по ним группа и получает свое название.

Антигенов нет только в группе крови 0 (I). В группе A (II) есть антиген A, в группе B (III) – антиген B, а в группе AB (IV) – антигены A и B. А в любой пище содержатся белки под названием лектины – они могут взаимодействовать с антигенами, входящими в состав крови. Если вы съели что–то неподходящее для организма, лектины скапливаются вокруг клеток внутреннего органа и склеивают кровяные клетки, несущие вредные вещества. Образуется «затор», как на реке во время ледохода — пленка, мешающая нормальному обмену веществ, пищеварению, выработке инсулина, гормональному балансу. «Оклеенный» со всех сторон орган хиреет, не получает нужной энергии и неизбежно заболевает. Вот почему одни продукты мы едим с большой пользой для себя, а другие вызывают реакцию непереносимости – вплоть до аллергии.

Как появились различия в крови человека? Питер Д’Адамо считает, что разница была заложена давным–давно, когда первобытные племена, разыскивая, чем бы им поживиться, распространились по лику земному. В лесах, горах и долах они зажили каждый по–своему и стали сильно отличаться друг от друга питанием и образом жизни. Эволюция заставила человеческий организм адаптироваться к разным климатическим зонам и к разным способам выживания. Вот тут и появились всяческие «допуски» в защитной системе: устойчивость к зловредным инфекциям, но благосклонное отношение к микроорганизмам–симбионтам, вроде микрофлоры кишечника, осталось умение противостоять «внешней агрессии», но появилась и способность использовать хорошие стороны окружающей среды.