Правитель Максимъ спросилъ Тараха: какъ зовутъ тебя? Ты первый долженъ отвечать, потому что ты превосходишь другихъ и званіемъ и сединою и летами. — Тарахъ отвечалъ: я — христіанинъ. — Максимъ сказалъ: оставь это нечестивое слово, скажи, какъ твое имя? Тарахъ отвечалъ: я — христіанинъ. Правитель Максимъ сказалъ: ударьте его по устамъ и скажите ему, чтобы онъ отвечалъ на то, о чемъ его спрашиваютъ. Тарахъ сказалъ: я и объявляю то имя, которое ношу. Если же ты хочешь знать мое обыкновенное имя: то родители назвали меня Тарахомъ, а въ войске меня прозвали Викторомъ. Правитель Максимъ спросилъ: какого ты званія? Тарахъ отвечалъ: военнаго и родомъ Римлянинъ, родился въ Клавдіополе Исаврійскомъ; но съ техъ поръ, какъ сделался христіаниномъ, отказался отъ языческой службы. Правитель Максимъ сказалъ: такому нечестивцу и не следовало быть воиномъ. Кто же далъ тебе увольненіе? Тарахъ отвечалъ: я просилъ объ этомъ Таксіарха 

2. Сотникъ Димитрій сказалъ: онъ здесь, господинъ, покорно докладываю тебе. Правитель Максимъ сказалъ: безъ всякаго пустословія, скажи, какъ тебя зовутъ? (Мученикъ) отвечалъ: во первыхъ и это самое важное, я — христіанинъ; во вторыхъ, между людьми зовутъ меня Провомъ. Правитель Максимъ сказалъ: какого ты званія? Провъ отвечалъ: по отцу я фракіянинъ, родился въ Сиде Памфилійской, былъ язычникомъ, а теперь христіанинъ. Правитель Максимъ сказалъ: это имя не принесетъ тебе нимало пользы; послушай меня, принеси жертву богамъ, если хочешь быть почтенъ отъ государей и быть нашимъ другомъ. Провъ отвечалъ: я не нуждаюсь въ чести отъ государей и нимало не домогаюсь отъ тебя какой нибудь пользы. Я презрелъ свое немалое состояніе, чтобы служить во Христе живому Богу. Правитель Максимъ сказалъ: снимите съ него одежду и, опоясавши, стягивайте его и бейте сырыми жилами. Сотникъ Димитрій сказалъ: пощади себя, человекъ, ты видишь, какъ кровь изъ тебя льется на землю.