Сначала кое-кто высказывал опасения по поводу некоторых чересчур резких выражений: не вызовут ли они дипломатических осложнений между Болгарией и Соединёнными Штатами? Но Полковник Димчо объяснил, что Федерация не может молчать, когда на Кубе горят пожары и гибнут пионеры.

Итак, они подошли к посольству Соединённых Штатов, которое расположено в самой оживлённой части города. Остановились поодаль, на углу. Огляделись: обстановка была весьма неблагоприятная. У входа в посольство стоял милиционер, перед большой витриной с фотографиями на первом этаже посольства толпились любопытные, рядом - у магазина фотопринадлежностей - тоже много людей, у газетного киоска - очередь за газетами, возле тротуара добрый десяток машин...

- Иду на разведку, - объявил Наско Некалка, главный разведчик Федерации. И направился прямо к витрине с фотографиями, что у самых дверей посольства. Прижался носом к стеклу и загляделся...

Прошла минута... пять минут... десять... Он продолжал разглядывать фотографии, разинув рот.

Полковник Димчо и Вихра, оставшись одни, просто не знали, как им быть, что сказать, не решались даже взглянуть друг на друга. Димчо притворился, будто читает афиши на стене, а Вихра насвистывала какую-то мелодию.

Должен вам сказать по секрету, что в последнее время отношения между ними как-то осложнились: у обоих при встрече слова застревали в горле, а между тем им очень хотелось видеться и говорить Друг с другом. Димчо, ещё недавно признававший только приключенческие и научно-фантастические романы, стал теперь читать также книги, которые Наско называл "слюнтяйскими": "Сердца трёх" Джека Лондона, например, или "Викторию" Кнута Гамсуна. А когда на днях Вихра дала ему почитать "Поля и Виргинию", он проглотил её в один присест. Книга до того его взволновала, что он вслед за ней попросил у Вихры пластинку с записью Четвёртой симфонии Брамса и слушал её чуть ли не весь день, млея от восторга.