– Мужу изменяешь? – напустился тут же на женщину старец, не давая ей опомниться. – Молодых парней соблазняешь? А ко мне в шелковом платье за благословением приехала?! Вот я тебе задам!..
К другой своей модной и богатой поклоннице, кичившейся своей добродетельностью, старец вышел с загаженным вонючим полотенцем, обтер кисть руки и сунул ее женщине под нос:
– Ну-ка поцелуй ручку!
Когда та в испуге отскочила в сторону, схимник заметил:
– Вот так и твои добродетели перед Богом смердят.
Гоня людей прочь от своей кельи, схимник говорил:
– Что вам нужно от меня смердящего? Чего вы ищете от меня убогого, немощного старца и великого грешника?
– Ласкового слова, батюшка, – отвечали ему. – Совета, наставления…
– Обращайтесь к Пресвятой Богородице, а у меня для вас ничего нет.
Желая порой отделаться от некоторых неприятных гостей, старец вымазывал дегтем порог своей кельи, а иных докучливых посетителей отваживал еще в лесу, нарочно выходя им навстречу.
– Здравствуйте, батюшка! – говорили ему.
– Здравствуйте, окаянные, – раздавалось в ответ.
– Далеко ли до пустыни? – спрашивали богомольцы, несколько смущенные таким неласковым обращением.
– До Бога высоко, до царя далеко, а пустынь близко, – сурово отвечал старец. – А вы по какому делу? Богу помолиться?
– Так и есть… А еще нам бы старца-схимника повидать…
– А зачем он вам?
– Да, говорят, он прозорливый, святой…
– Он – святой? Да какое там! Поверили бабьему вздору!
– Да как же так, все люди говорят…
– Мало ли что говорят. Это не старец-схимник,а срам один! Такой сквернодеец, такой мошенник, такой блудник, что на целом свете равного мерзавца не сыщешь!
– Господь с вами, батюшка… Что вы говорите такое…
– Что знаю, то и говорю! Нечего тут…
Скрываясь от своих поклонников, схимник иногда прятался в яму, вырытую в монастырском саду, а порой влезал на высокий дуб, в ветвях которого были положены четыре доски.