(Быт. 2, 7). Для непредвзятого человека очевидно, что, согласно этим словам Библии, сущность человека изначально сложна. В ней есть нечто сродное и с животным миром, — то, что взято из праха. И нечто богоподобное, — то, что Бог вдунул в лицо человека Своим дыханием. Первое называется телом, а второе — душой. Но поскольку Бог выше праха земного, следовательно то, что от Него, выше и главнее, чем то, что от земли, и потому управляет последним. «Весь человек наименован живою душою, потому что, по соединении души с телом, он сделался единым существом, состоящим из души и тела, но существом, в котором преобладание имеет душа. Тело — дом души, ее орудие. Так именуют его и Священное Писание, и святые Отцы. Два верховных апостола назвали его своей хижиной (2 Петр. 1, 13–14; 2 Кор. 5, 1–4)», — справедливо пишет свят. Игнатий

Но еретики выдумали удивительное толкование этих ясных слов. По мнению иеговистов, эти слова означают, что Иегова — Бог «взял с земли пыль и сделал из нее совершенное человеческое тело. Затем дунул в нос Адама, и он стал живым»

Может ли дыхание жизни быть подобно электрическому току? Когда мы включаем телевизор, то наличие электричества вовсе не говорит о том, что мы сможем посмотреть программу. Для этого в первую очередь необходим содержащий информацию телесигнал, улавливаемый антенной, а наличие энергии является лишь одним из условий «превращения серого стеклянного экрана телевизора в пульсирующий поток цвета и движения». Если не будет первого, то из приемника будет раздаваться лишь треск и шипение. Мы развиваем этот образ не случайно. Ведь уникальной особенностью человека, в отличие от животных, является способность «вырабатывать информацию». Вряд ли было бы логично считать, что ей обладало «неподвижное тело», так что правильнее было бы думать, что «дыхание жизни», вложенное в человека, и есть эта «телебашня», посылающая мысли, приемником для которых является телесный организм. Но из этого можно сделать логичный вывод: как телесигнал может существовать и без приемника, так и «дыхание жизни» способно обходиться без тела, о чем, собственно, и говорит Екклесиаст (12, 7) и все Божественное Откровение.