Вообще, о Шеоле, месте обитания мертвых, в Ветхом Завете говорится чрезвычайно скупо. Это место скорее напоминает греческий Аид, как он изображен, например, в гомеровской "Одиссее" - тени людей пребывают здесь, не претерпевая мучений, но и не зная радостей; эту загробную жизнь и нельзя, собственно, назвать жизнью. О преисподней не говорится и в Книге Исайи; однако весть о грядущем воскресении должна была вызвать в душах людей желание узнать, что ждет человека сразу после его смерти.

Таким образом, пророчествуя о гибели мира, Божием суде и воздаянии, состоящем в воскрешении праведников для новой счастливой жизни, Апокалипсис Исайи обозначает основные темы будущей апокалиптики, и в том числе Откровения Иоанна.

Другой древнейший апокалипсис - небольшая Книга пророка Иоиля, которую считают одним из самых художественно совершенных писаний Ветхого Завета. {Опять-таки отвлекаемся от хронологических вопросов. Нельзя исключить, что Книга Иоиля была создана несколько раньше "Апокалипсиса Исайи".}

Пророк описывает ужасное нашествие саранчи, знаменующее скорое наступление Дня Господня - Страшного суда: "Пришел на землю Мою народ сильный и бесчисленный; зубы у него - зубы львиные, и челюсти у него - как у львицы... Опустошено поле, сетует земля; ибо истреблен хлеб, высох виноградный сок, завяла маслина... Потому и веселье у сынов человеческих исчезло" (Иоил. 1:6-12).

"Трубите трубою на Сионе и бейте тревогу на святой горе Моей, да трепещут все жители земли, ибо наступает день Господень, ибо он близок день тьмы и мрака, день облачный и туманный: как утренняя заря распространяется по горам народ многочисленный и сильный, какого не бывало от века и после, не будет в роды родов" (Иоил. 2:1-2).

В апокалиптическом видении пророка стаи саранчи обращаются в полчища народа, идущего войной на Иудею и сметающего, сжигающего, уничтожающего все на своем пути.