Внимательность к жизненному процессу представляет собой полностью иной подход, в котором жизнь считается ценной; к ней, так сказать, относятся со вниманием. Вещи видимы в их собственной закономерности, они не воспринимаются в виде аспектов порочного круга неврозов. Все оказывается связанным, а не разъединенным. Здесь состояние ума становится ясным и понятным; поэтому существует глубинная работоспособность, которая в общем касается того, как нам вести свою жизнь. Мы начинаем грамотно разбираться в стиле всего мира, начинаем расшифровывать его схему. Это и есть исходный пункт; но он никоим образом не будет конечной ступенью. Тут всего лишь начало: мы начинаем видеть, как прочесть мир.

Вопрос: Я действительно не могу представить себе, чтобы переживание походило на нечто такое, что лишено воображения и проекций. Я не могу испытывать чувство участия в мире, просто таком, каков он есть, в котором вещи всего лишь происходят и возникают.

Ринпоче: Хорошо; а вас интересует выяснение этого вопроса?

Слушатель: Полагаю, что да.

Ринпоче: Видите ли, сделать это очень трудно. Причина трудности здесь заключена в том, что это делаете вы. Похоже на то, как если бы кто-то искал пропавшую лошадь; чтобы искать ее, нужно на ней ехать. Но, с другой стороны, вы, может быть, уже едете на этой потерянной лошади, а все еще продолжаете ее искать. Что-то вроде этого, можно воспользоваться каким-нибудь сходным примером.

Понимаете, в действительности нет такой вещи, как конечная реальность. Если бы она существовала, то по одной этой причине ее не могло бы быть. Здесь и заключена проблема. Таким образом, вы возвращаетесь назад, к самому простому. И, кажется, единственное, что вам можно сделать, –это практика. Она достаточно хороша.