Ибо земля наполнится

познанием славы Господа,

как воды наполняют море.

(2:14)

В завершающем книгу псалме рисуется грозное Богоявление, описанное как очистительная буря, сметающая зло с лица земли. Надеждой на эту бурю праведник спасается от отчаяния, живет верой в небесную правду, за к–рой — рано или поздно — останется последнее слово. Если прежде знаком милости Божьей ветхозав. человек считал земное благоденствие, то прор. Аввакум поднимается на новую ступень духовного сознания. Жизнь для него не в этих знаках, а в Самом Господе, Которому он доверяет безраздельно. Вера и любовь поглощают все, преображая дух человека. Пусть, говорит пророк, лозы не дают плодов, пусть засохли маслины и исчезли стада,

Но и тогда я буду радоваться о Господе

и веселиться о Боге спасения моего.

(3:17–18)

Это сказано еще до того, как была открыта тайна Воскресения и вечной жизни (см. ст. Антропология библейская). Поэтому несокрушимая вера Аввакума приобретает характер героического самоотречения ради любви к Господу. Его упование пронизано мессианским духом, хотя прямо о Мессии он не говорит. Для него обетование Божье сливается в едином видении Царствия Божьего, к–рое, словно море, принимающее реки, примет в себя поток истории.

Вера Аввакума послужила исходной точкой для *сотериологии ап. Павла — учения о спасающей вере в Иисуса Христа (Рим 1:16). Для понимания связи обоих Заветов следует подчеркнуть, что евр. слово эмунá (вера) означает не просто убеждение, а верность, преданность, доверие (от евр. амáн — твердый, ср. евр. аминь — верно). Эта верность–доверие есть главное средство для единения с Богом. Как в ВЗ люди уповали на Слово Господне, к–рое непреложно, так и в НЗ спасают вера и верность Богочеловеку. Вера дает жизнь. В широком понимании она есть не только жизнь века сего, но и жизнь вечная (ср. Мф 7:14; Ин 6:33).

Автор и его время. О жизни Аввакума ничего не известно.