В конце этого маленького предисловия, вероятно, следовало бы сказать: посмотрите, как достойно приняла смерть Трейя благодаря осознанности и духовным практикам. Но сказать этого не могу: в некотором смысле опыт смерти уникальнее опыта жизни. Мертвый не может поделиться своим опытом ухода с живым. Мифология, книги мертвых, молитвы на исход души — попытка человечества наладить связь между двумя мирами, но рецепта «правильного» поведения в этом самом значительном и самом драматичном событии перехода все-таки нет. С того берега, откуда мы наблюдаем наших уходящих близких, мы видим «сквозь тусклое стекло» лишь отсвет глубочайшей тайны и замираем в сострадании и благоговении, отгоняя от себя праздный и пустой вопрос: за что? Порой прекрасные и достойные люди, не говоря уже о детях, умирающих от тяжелых болезней, переживают чудовищные предсмертные страдания, а людям менее совершенным, или совсем простодушным дается легкая кончина.
Именно здесь, на этом пороге, кончается человеческая логика и начинается все то новое, к чему испокон века стремится человеческая душа.
Опыт Кена и Трейи Уилберов — уникальная попытка осмысления этого перехода. Их опыт — не история поражения, а свидетельство героической борьбы со страхами и победы над ними. Большего человеку не дано.
Людмила Улицкая
Май 2008
Предисловие редактора русского издания
Книга, которую вы держите в руках, удивительна и уникальна. Именно так — удивительна и уникальна. Я знаю, что авторы вступительных слов часто злоупотребляют сильными эпитетами, чтобы привлечь внимание к представляемой ими книге. Но в данном случае иначе и не скажешь. Я бы и хотел сказать иначе, но не могу, не имею права — это было бы нечестно.