Иисус Христос возник перед ними непонятно как, но вряд ли Он вошел в дверь, потому что невозможно войти в дверь мгновенно. Появление же Его было мгновенно: в одно мгновение Его здесь еще не было, а в следующее мгновение Он уже здесь был. Он возник прямо перед ними почти рядом. Кажется, их разделял только тот стол, за которым они сидели.

У Него была очень ясно и ярко видимая внешность. Но сам факт видения, такого простого и близкого видения Его внешности производит странное впечатление - как взгляд на солнце без темных очков. Явная излишность, чрезмерность этого взгляда требуют какой-нибудь преграды (и одновременно защиты) и отдаления, роль которых обычно успешно исполняет земная жизнь человека, вообще вся земная реальность, стремящаяся максимально отвлечь человека от Бога, затмить Его в глазах человека.

Непривычно и странно, когда столь внушительная преграда, как земная реальность, вдруг отсутствует и видишь непосредственно и без помех то, что обычно несовместимо с земной жизнью человека и доступно взгляду, наверное, только за ее пределами. Наверное, за ее пределами это запросто доступно каждому, запросто - ценой этой жизни. Но еще в ее присутствии... Слишком странна эта преждевременная (неоплаченная и неожиданная) информированность.

Он был одет в длинную неопределенной формы одежду темно-красного (может быть, бордового) и черного цветов. Вид этой одежды был несколько мрачноватый, но красивый, как и вообще весь Его вид. Лицо Его было смуглое, глаза и волосы темные, но не черные, возраст - Его, то есть немного за тридцать.

Что неожиданно в Его внешности - это то, что Он очень красив, даже кажется, что слишком. Это вообще один из немногих удивительных и не вполне понятных моментов этого сна (или видения) - необыкновенная, преувеличенная, доведенная до некоего совершенства, не существующего в земных условиях, красота Его внешности. Все-таки, казалось бы, здесь главное - содержание, а не форма.