Итак, брат Иоанн пришел к блаженной старице и поведал ей о своем намерении уйти на жительство в пустыню. Мать Дорофея, посмотрев на иконочку, воскликнула:

— О, будешь один, один, как царь, лежать над озером!

Иоанн, не вникнув в смысл таинственного предсказания и не узнав у старицы — есть ли Божие благословение на задуманное, пришел к монахиням на озеро, рассказал о своем паломничестве к блаженной старице и с усмешкой повторил загадочное изречение: «Один, один, как царь, будешь лежать над озером». Пророческая суть этих слов была никому не ведома до сего времени. И только теперь монахини с изумлением покачали головами, глядя друг на друга и вспоминая предсказание о нем блаженной старицы Дорофеи.

Знаменательно и то, что они не смогли исполнить своего намерения, то есть похоронить о. Иоанна возле своих келий. Если бы им удалось это сделать, то пророчество пустынницы оказалось бы неисполненным по двум причинам: во-первых, он лежал бы уже не над озером, как она ему предсказала, а вдали от него на расстоянии километра; во-вторых, был бы не один, а в числе других похороненных там монахов, прежде живших в тех кельях: иеродиакона Антония и схимонаха Фалалея.

Через двое суток после похорон о. Иоанна всплыло на поверхность и тело о. Владимира, но оно целых два месяца еще плавало по озеру. Монахини каждый день с великой печалью смотрели на плавающее тело, но помочь беде были не в силах.

В холмистой долине, на западной стороне озера, располагалось в то время небольшое горное селение Азанта. Жители его, от мала до велика, знали о случившемся. Многие из них видели плавающего утопленника, но никто не пытался вытащить его на берег даже тогда, когда тот находился возле южного берега, где был удобный спуск к воде. Это доброе дело было бы для них не слишком обременительным, но никто из них не захотел похоронить неизвестного русского человека. Не слышали они слов Священного Писания: Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут (Мф.5,7) и Суд без милости не оказавшему милости (Иак.2,13).