свободную и при своем разуме и свободе могу сердечным обращением

к Нему постепенно увеличивать в себе Его бесконечное царствие,

постепенно все больше и больше умножать в себе Его дарования,

почерпать из Него, как из приснотекущего неисчерпаемого

Источника, всякое благо духовное и телесное, особенно духовное.

Молитва внушает мне, что я образ Божий, что при смиренном и

благодарном расположении своей души пред Богом, при своей

свободной воле, я, бесконечно умножая духовные дары Божии, могу

таким образом, в бесконечность усовершаться и до бесконечности

увеличивать мое богоподобие, мое небесное блаженство, к которому

я предопределен. О! Молитва есть знак моего великого

достоинства, которым почтил меня Создатель. Но она, в одно и то

же время, напоминает мне о моем ничтожестве (из ничего я, и

ничего своего не имею, потому и прошу Бога о всем), как и о моем

высочайшем достоинстве (я образ Божий, я обоженный, я могу

другом Божиим называться, как Авраам, отец верующих, только бы

веровал я несомненно в бытие, благость и всемогущество Бога

моего и уподоблялся Ему в сей жизни делами любви и милосердия).

2. В молитве прошение против гордой плоти нашей, все

приписывающей себе; благодарение - против бесчувственности плоти

нашей к бесчисленным благодеяниям Божиим, славословие - против

плотского человека, ищущего славы только для себя.

3. Бог есть Истина: и молитва моя должна быть истинна как и

жизнь. Бог есть свет: и молитва моя должна быть приносима в

свете ума и сердца; Бог есть огонь: и молитва моя, как и жизнь,

должна быть пламенна; Бог всесвободен: и моя молитва должна быть

свободным излиянием сердца. Какое богатство духа человеческого:

только помысли он сердечно о Боге, только пожелай сердечного

соединения с Богом, и Он сейчас с тобой: и ни стены дома,