Магия и оккультизм ввергала человека в состояние страха и во власть одержимых демонами колдунов и шаманов. Однако, магия разрушала не только духовность человека, она останавливала и культурно-экономическое развитие народа. Дело в том, что магия и тотемизм провозглашают неразрывную связь человека с природой. Что же тормозило движение культуры?… Сохранившиеся доныне очаги “первобытного мира” показывают, что магические представления обладают колоссальной силой и способны держать целые общества в состоянии неподвижности. “Коллективные представления” магизма, связанные с табу, ритуалами и традициями накладывают свой отпечаток на проявления жизни австралийца, папуаса, зулуса. Идеи и верования имеют гораздо большее влияние на жизнь общества, чем это кажется на первый взгляд. И если учесть ту власть, какую имел магизм над душами людей, то поразительная устойчивость первобытного мира становится не такой уж загадочной. Мир воспринимался “магическим человеком” как законченное материально-духовное целое, как непрерывный круговорот богов и людей, живых существ и стихий, как своеобразная иерархия духов, людей и бессловесных. В своих обрядах человек имитировал жизнь природы, как бы участвуя в её процессах: через тотемизм он роднился с миром живых тварей. Жизнь его была непрестанным священнодействием, он боялся нарушить хотя бы одно звено в космической мистерии, опасаясь быть выброшенным за пределы истинного Бытия. Вполне естественно поэтому, что страх переступить через сакральную черту ритуала, посягнуть на незыблемость “коллективных представлений”, — оказывал парализирующее действие на духовную культуру. Он ставил человеку жесткие рамки, за пределы которых творческий дух пробивался лишь с огромным трудом [36]. Даже учёные-марксисты были вынуждены признать, что именно магия, безраздельно господствующая у австралийцев, не давала развиваться их культуре. “Аборигены всегда точно представляли себе, какие пригодные в пищу растения и каких животных они могут найти в то или иное время года.