Около полуночи Редькин и его спутники вышли на пустырь. Было темно и тихо. Сделав несколько шагов, Коля остановился в нерешительности. Несколько прожекторов, которые должны были освещать шар, почему-то были выключены. Охваченный недобрым предчувствием, Редькин помчался по бурьяну в ту сторону, где еще днем кипела работа. Сид и Тараканыч бежали сзади, боясь отстать. Вот и площадка, где строился воздушный шар. Коля остановился в растерянности, не понимая, что произошло. «Искатель-2» исчез. Исчезли и два домика — мастерские.

Коля вспомнил про волкодава Дизеля, чья конура стояла рядом с шаром. Ни конуры, ни собаки он не обнаружил.

— Дизель! — отчаянно закричал Редькин. — Дизель! Ко мне!

Ни звука в ответ. Только тяжелое дыхание запыхавшегося Сида да недовольное цыканье Тараканыча. Коля бросился прочесывать пустырь, боясь поверить в случившееся. Он не нашел ни щепки, ни обрывка троса — голая земля лежала вокруг. Никогда еще наш герой не чувствовал себя таким беспомощным, как в эти минуты

— Боже мой, — растерянно прошептал толстяк — Где же шар? Объясни мне, Ник, что происходит?

— Чистая работа! — с уважением произнес Тараканыч. — Большой мастер, видно, тут побывал. — Он разочарованно вздохнул. — Эх, сэры, а я на вас надеялся…

Вдруг Леро встрепенулся.

— Слышите? — спросил попугай.

Все прислушались. Откуда-то издалека доносился тонкий, как комариный писк, звук. Он нарастал с каждой секундой, постепенно превращаясь в изматывающий, невыносимый для ушей свист. Казалось, еще мгновение — и барабанные перепонки не выдержат сверлящего приближающегося звука.