Мне казалось, что женитьба Мохаммеда на ком-то не имеет значения для ислама, для моей религии, для моей веры в Бога. Продолжая читать, я натыкался на такие строки:

«Пророк как-то доверил тайну одной из жён. Та сообщила её второй. Это стало ему известно от Аллаха. Пророк признался только в части правды, а в части не признался. Та, первая, у него спросила: кто тебе сообщил об этом? Он ответил: всё знающий и всё ведающий Бог».

Тут-то я ничего не мог понять: что за гаремная сплетня попала в Коран? Зачем это — «кто-то кому-то что-то сказал» — в Священном писании? Сомнения одолевали меня, я отгонял кощунственные мысли, но не мог от них отделаться. Великий, светлый Коран для меня стал приобретать странные черты. Я читал такие благородные строки, как:

«Если вы, мусульмане, хотите наказать того, кто обидел вас — наказывайте соответственно тому, что совершено, пределов не переходите. Если вы будете терпеливы и мстить не будете, то для вас же это будет лучше, и в ближней, и в будущей жизни! Наказывайте во имя истины, не наказывайте, мстя за себя».

Однако, перелистав несколько десятков страниц, я натыкался на такие слова:

«Если распространители ложных слухов в Медине не перестанут вредить мусульманам, Мы настроим тебя (Мохаммеда) против них с Нашей поддержкой, и они не будут долго соседствовать с тобой здесь, будучи проклятыми Аллахом и заслуживающими изгнания. Где бы их ни нашли, их будут хватать и предавать смерти. Установления Аллаха неизменны!»

Меня особенно поражала именно последняя фраза. Как же так — установления Аллаха неизменны? Ведь только что я читал строки о сдержанности в наказании, прощении обид, а тут — «изгнание», «хватать и предавать смерти», и только за распространение слухов!

Вот тогда-то у меня появилась «еретическая» мысль: в Коране — два почерка, два стиля, и не только языка, но и мышления. Я стал искать причину этого великого парадокса своей религии.