Религия – это инструмент просветления. Ну, представьте себе, что вам надо сменить на кухне или в туалете лампочку, она перегорела. Вам нужен инструмент – стул, чтобы на него забраться и чтобы было светло в туалете. Но вместо стула вы можете поставить лестницу-стремянку – это другая религия, вы можете поставить ящик – это третья религия, вы можете взобраться на плечи высокого человека, вы можете найти много путей. Религии не нужны, если нельзя сменить лампочку в туалете. Извините за туалет. Для того, чтобы был свет, нужны религии. Если вы не умеете использовать религию, если вы просто болтаете: "Да приидет Свет, да будет Свет, Свет, Свет, Свет!", – свет не зажжется. Вам нужно стать причастным религии, сделать ее действенной. Есть еще один момент в религиях, который меня очень пугает, а именно иждивенчество тех, кто приходит в религию. Человек, который приходит в религию, в христианство, в иудаизм, в мусульманство, говорит: "Я ничего не могу. Если Бог спустит мне благодать, то я достигну просветления. Я могу грешить, но Бог может избрать меня. Я могу быть праведным, могу поститься, молиться, но от этого ничего не зависит – все зависит от Бога. Можно разбить себе лоб, можно уморить себя постом, но если не будет Божьего перста, на меня указующего, то дела мои безнадежны". Вот клубок проблем, связанный с христианством, и вот наше отношение к христианству. Повторяю, я говорю сейчас, несколько заостряя свое видение, естественно, есть благодатные, благотворные моменты, связанные с позитивными религиями, а для западных людей особенно с христианством. Но духовная конкретика сегодня утеряна христианством, спрятана за словами и ритуалами.