Так я лежал и глядел, как лениво ползут по небу облака, словно это не облака, а школьники, бредущие на урок после бурной переменки.

Сигнал горна заставил меня подняться с належанного места. Возле других домиков торопливо строились ребята, а возле нашего по-прежнему была тишь да гладь, да каникулярная благодать.

И тут мое внимание привлек высокий, широкоплечий парень с беленьким чубчиком над загорелым лбом. Он появился у нашего домика и, сложив руки рупором, воззвал:

- 9-й отряд, сюда! Сюда, 9-й отряд!

Но что-то я не заметил, чтобы кто-нибудь бежал сломя голову на его трубный зов. Не заметил я, чтобы кто-нибудь просто бежал или даже шел к нему.

- Ну и чудеса, - присвистнул я, - лишний отряд пропал.

Когда я ленивой походкой подошел к здоровяку, тот был в состоянии бочки с порохом, готовой взлететь на воздух от одной искры.

- Здравствуйте, - сказал я.

- Тебе чего? - недовольно буркнул здоровяк.

- А меня в 9-й отряд записали, - добродушно улыбнулся я.

- А где же остальные? - обрадовался здоровяк.

- Не знаю, - я пожал плечами.

- Будем знакомы, я - вожатый 9-го отряда. Меня зовут Аскольд. Аскольд Васильевич, - поспешно добавил он и протянул руку.

Вожатый мне сразу понравился. Но только было видно, что он первый раз вожатый. Совсем растерялся, что пропал отряд. А вожатому нельзя теряться. Он должен найти выход из любого положения. И в две секунды.

- Я вообще-то не вожатый, - сказал Аскольд. - Я физрук. Но у нас в лагере лишний отряд получился. И Капитолина Петровна поручила мне воспитывать вас.

Какие у Аскольда мускулы! Кажется, вот-вот разорвут белую рубаху. Она словно приклеилась к его телу. Наверняка Аскольд штангист, или боксер, или культурист, или кто-нибудь в этом духе.