Она раньше его не видела. Как только он вошёл в комнату, она стала неистово кричать каким-то нечеловеческим и пронзительным голосом, начала наступать, нацелясь своими острыми ногтями, похожими на когти хищного зверя, и со зловещим смехом собиралась броситься на него. Но коснуться его, она не смогла и лишь переставая кричала: "Мы погибли, мы погибли! Зачем он пришёл? Зачем его сюда послали! Мы погибли, навеки погибли!" Не обращая ни на что внимания, Василий Александрович преклонил колена и стал горячо молиться. Понемногу бесноватая стала успокаиваться настолько, что он смог с ней поговорить о её тяжёлом состоянии. После этого он предложил некоторым верующим собраться, чтобы вместе помолиться над нею. Вскоре после этого в доме Пашкова на Выборгской Стороне собрались некоторые из них. Туда же привезли и Кирпичникову.

Как только началась молитва, наступили и приступы, притом с такой силой, что двум мужчинам едва удавалось её удерживать. Она пыталась вырваться, издевалась, богохульствовала и хохотала. Казалось, будто целый легион злых духов вселился в неё, большие и малые. "Смотрите, смотрите! - кричала она, - как они стараются умолить Того, Кого они называют своим Богом! Да, хорош этот Бог, очень хорош, действительно! И всё же Он ничего для такой несчастной, как я, сделать не может". И тут она начала взывать о помощи и душераздирающе рыдать. "Ой, отпустите меня! - кричала она. - Отпустите меня! Разве вы не видите, как сатана меня тащит к себе? Он не хочет меня оставить! Пощадите меня, не удерживайте! Помилуйте, помилуйте! Я больше не могу этого выдержать! Ох, зачем вы меня мучаете? Отпустите нас, говорю вам: отпустите нас! Иначе убью вас!" Так как молитва верующих не прекращалась, крик её становился всё неистовей, будто врата ада отворились в нашей комнате.

Наконец, окончательно истощённая, она упала на пол и лежала неподвижная. Тут настало истинное испытание веры. С 8 часов вечера до полуночи молящиеся не поднимались с колен.