Уходя, миссионер спросил меня, верю ли я теперь. Я ответил: "да", и с тех пор у меня никогда больше не являлось сомнений. Мне было ясно, что теперь, когда я потерял свет, доступный моим земным глазам, я нашёл "свет истинный, который просвещает каждого человека, приходящего в мир", (Иоан. 1:9). Теперь мне стали понятны слова Давида в их полном смысле: "Когда я молчал, обветшали кости мои от вседневного стенания моего, ибо день и ночь тяготела надо мной рука Твоя; свежесть моя исчезла, как в летнюю засуху. Но я открыл Тебе грех мой и не скрыл беззакония моего; я сказал: исповедаю Господу преступления мои - и Ты снял с меня вину греха моего" (Пс. 31:3-5).

Да, было очень тяжело, пока я не познал Господа и не согласился, признав себя погибшим грешником, открыть Ему своё сердце. Но признав себя грешником, я понял, что во мне ничего хорошего не найти, - любовь Божия стала для меня действительностью. Теперь я познал, что Он любит меня, как и весь мир, потому что Он эту любовь доказал тем, что отдал Сына Своего за наши грехи, за мои грехи. И если мне по слабости моей случилось бы упасть, я знаю, что стоит мне исповедать свой грех, и "Он верен и праведен, простит мне грех мой и очистит от всякой неправды" (1 Иоан. 1:9). Я теперь твёрдо знаю, что никто меня не сможет похитить из рук Спасителя моего Господа Иисуса Христа и отлучить от Его любви.

Рост движения

Лорд Редсток, через которого началось пробуждение, пробыл в Петербурге шесть месяцев. Спустя год или два, он вернулся ещё на полтора года, на этот раз с женой и всеми детьми, чтобы заняться теми, которые, благодаря его свидетельству, познали Господа Иисуса Христа, как своего личного Спасителя. Он видел необходимость ввести их глубже в Священное Писание и в понимание того, в чём заключается обновленная жизнь истинного христианина, а также указать им на ответственность нашу перед Богом, да и перед миром. Этим он напоминал ап. Павла, который мог писать фессалоникийцам: "Мы были... среди вас, подобно как кормилица нежно обходится с детьми своими" (1 Фес. 2:7).