Возвращаясь к упомянутой выше Маргарите Ропер, приведём некоторые трогательные исторические данные, которыми обрисовываются её отношения к отцу: «После того, как сэр Томас Морус пробыл около месяца в тюрьме Лондонского Тауэра, где он жил спокойно и не теряя обычной бодрости духа, дочь его Маргарита, сильно стосковавшись по нем, добилась, после усердных и долгих ходатайств, разрешения видеться с ним; при этом свидании они сперва помолились, а потом отец сказал ей: «Мне сдаётся, Магги, что люди, которые засадили меня сюда, воображали, что они жестоко наказывают меня, но уверяю тебя, милая моя дочь, что если бы не стоя мать и не забота о вас, моих дорогих детях, забота, которую я считаю за первейшую мою обязанность в этой жизни, то я давно самовольно удалился бы в подобную темницу или в ещё более тесную, нежели эта».»

Далее приводим описание последнего прощания отца с дочерью словами правнука канцлера: «Когда сэр Томас Морус был приведён к пристани близ Лондонского Тауэра, то горячо любимая им дочь его, тётка моя Маргарита Ропер, увлечённая страстным желанием увидеть его и получить его последнее благословение, бросилась к нему навстречу; опустившись на колени, она сначала испросила благословение у отца, а потом бросилась в его объятия, не помышляя о себе, расталкивая громадную толпу и военную стражу, которая оберегала его пиками и алебардами; обняв отца на глазах всей громадной толпы, она целовала его, сжимая его голову в своих объятиях; обессилив от горя и волнения, она могла только проговорить: «Отец мой! Дорогой отец!» Он был невыразимо тронут таким дорогим его сердцу проявлением любви дочери к нему, и, благословляя её, успокаивал тем, что какие бы страдания ни предстояло ему претерпеть, без всякой с его стороны вины, то на то воля Господня, и что поэтому он советует ей покориться велению Святого Провидения и терпеливо переносить предстоящую разлуку с ним.