Правящий архиепископ Таврический Никодим (Кротков) пошел навстречу призывам оказать помощь голодающим и призвал священство, с рассуждением внести посильное содействие. Но целью было не столько изъять ценности, а в том, чтобы физически истребить наиболее твердых и активных церковников. Во всей этой несимпатичной кампании активное участие принимали обновленцы. Всемерная поддержка властей придавала им особую дерзость, и они уверенно шли к захвату епархиальной власти.

Прежний владыка архиепископ Димитрий (Абашидзе) был под домашним арестом в Топловском монастыре. Власти намеревались арестовать и архиепископа Никодима (Кроткова). Священноначалие приняло тайное решение — рукоположить вдового протоиерея Петро-Павловского собора о. Александра во епископа Мелитопольского, викария Таврического.

Поздно вечером 28 августа 1922 года на подворье Космо-Демьяновского монастыря для пострига собрались архиепископ Никодим (Кротков), архиепископ Димитрий (Абашидзе) и другие священники. Постриг и служба, на которой состоялась хиротония, продолжалась почти до 10 часов утра. Такие секретные меры были вызваны крайней активностью так называемой «Живой Церкви» и, конечно же, попыткой властей поставить Православную церковь вне закона.

Рукоположение епископа Сергия оказалось своевременным. Уже через месяц-полтора архиепископ Никодим (Кротков) был арестован. Владыка Димитрий (Абашидзе) так же был привлечен к судебному разбирательству. Были арестованы и многие наиболее деятельные священники и монахи. Архиепископ Никодим был выслан в Нижегородскую тюрьму, архиепископ Димитрий за пределы Крыма. Остался только епископ Сергий (Зверев).

Многотруден архиерейский крест во столь страшное время разброда и всеобщего шатания, когда встает брат на брата и проливается христианская кровь. Велика ответственность архиерея за каждую христианскую душу, вверенную ему Господом, но и велика благодать, укрепляющая доброго пастыря на его тернистом пути исповедника.