Став на Руси религией господствующей, христианство, однако, не тотчас уничтожает здесь язычество. Язычество в лице своих представителей — волхвов, волшебников, предсказателей будущего — долгое время борется с христианством за свое существование⁵. Почти целое столетие после крещения Руси оно даже существовало в своем чистом виде в Ростовской земле⁶, но наконец под напором новой религии падает, однако при своем падении оставляет в народных воззрениях много своего элемента. Этот остаток языческого элемента мы встречаем даже и теперь в той массе суеверий, которые живут в нашем народе и в которых, несмотря на десятивековой период суще — ствования у нас христианства, еще таится зерно далекого мировоззрения нашего предка. Эти суеве — рия, как носители зерна далекой старины, могут, до некоторой степени, помочь нам в разработке нашего

⁵ В Лаврентьевской летописи под 6579 (1071) г. рассказывается, что в Киев пришел волхв «прельщен бесом». Он стал проповедовать народу, что «на пятое лето Днепру потещи вспять и землям преступати на ина места, яко стати Гречески земли на Руской, а Руской на Греческой). Этой проповедью волхв, очевидно, хотел сказать, что русских постигнет несчастие за их отступление от древней веры, а посему они должны вернуться снова к язычеству. «Невегласи его послушаху, — добавляет летописец, — вернии же насмехаются, глаголюще ему: «Бес тобою играет на пагубу тебе». Проповедь волхва была прекращена — «в едину бо нощь (он) бысть без вести».

Под этим же годом находим еще такое сказание: «Встал при Глебе (Святославиче) Новгороде» волхв, хвалясь, что «все ведает>. Он хулит «веру хрестьянскую» и обещался перейти «по Волхову пред всеми). Народ слушал его как человека божественного, и проповедь его имела успех — «вси яша ему веру и хотяху погубит епископа». Ревностный же епископ, держа крест в руках, звал к себе верных христиан, но ослепленные граждане толпились вокруг обманщика; «вси идоша за волхва», — говорит летописец: один князь Глеб и его дружина приложились ко святому кресту.