«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая и кимвал звучащий.
Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто.
И если я раздам все имение мое, и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, – нет мне в том никакой пользы».
А дальше все просто. Как говорила девушка Маша в фильме «Формула любви»: «Когда любят – тогда видно…»
4.
Чтобы стоять, я должен держаться корней.
Оно, конечно, правильно. Корней держаться надо. Вот только каких корней?
Когда слышишь слова о «нашей старой вере», «нашем древнем благочестии», «древних распевах» и т. д., то звучит это забавно. Потому что, может, оно все и древнее – да не наше. Мы приняли веру уже в готовом виде, полностью сформировавшуюся, преодолевшую ереси и искушения – основная духовная история Православия, или, иначе, «греческой веры», прошла свой путь до крещения Руси и не на нашей земле. А мы, если будем двигаться дальше определенной точки в русской истории, то как раз влетим в самое махровое язычество.
Но и «греческая» византийская вера – это далеко не начало христианства. А само христианство – оно ведь тоже итог, финал колоссальной духовной и исторической драмы.
В том-то и основная проблема этой книги – с какого момента начать? С крещения Руси? Ну, это вообще несерьезно! С начала почитания Божией Матери? Поздно! С Ее Жития? Тоже, в общем-то, поздно – слишком много сразу появляется вопросов. И самый главный из них – а какой во всем этом духовный смысл?
Можно, конечно, пойти по простому пути и заняться перечислением чудес. Но чудо само по себе ничего не значит. Ведь и какой-нибудь полтергейст тоже можно отнести к разряду чудес – что, и барабашке станем молиться?