Они прошли общий двор храма, где стоял обычный негромкий шум торговцев и менял, и множества людей; вышли в "женский двор". Здесь, как всегда, тихо стояли еврейские мужья со своими женами, молились. Приходили с новорожденными, - через сорок дней, как положено, посвятить их Господу. Все как всегда, и было тихо в этом дворе. Вот еще одна пара пришла с ребенком на руках матери, и еще одна...

Вдруг как будто тихий, но звонкий колокольчик рассмеялся, рассыпался серебристым звуком. Симеон вздрогнул, оглянулся. "Тихо, тихо, Иешуа, ты ведь в храме", - услышал он шепот совсем юной матери рядом с собой.

Сначала он даже не поверил, потом замер до дрожи, - как в самом детстве, когда ждал слова Рыбы. Вспомнил все сразу, как будто это было вчера: "Я рассмеюсь в храме как Сын Звезды, и ты узнаешь Меня". Старец Симеон как будто помолодел на сто лет. Он распрямился, стал выше многих в храме, повернулся и сделал два шага навстречу юной матери, протянул к ней руки. Она чуть испуганно отстранилась было, но, взглянув ему в глаза, передала Младенца. Он, похоже, узнал Симеона и улыбнулся ему. Слова сами полились из горла старца:

"Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром; ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовил перед лицом всех народов, свет к просвещению язычников, и славу народа Твоего Израиля.

Иосиф же и Матерь Его дивились сказанному о Нем.

И благословил их Симеон, и сказал Марии, Матери Его:

- Се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле, и в предмет пререканий, - и тебе Самой оружие пройдет душу, - да откроются помышления многих сердец."

(Евангелие Луки. II:29-35)

..."Пришел к своим, и свои Его не приняли"

(Евангелие Иоанна. I:11)

И был вечер, и было утро: день один...