Родители Господа — так называет Евангелие Божию Матерь и Иосифа, говоря в этом случае по обычаю современного общества — имели благочестивый обычай ежегодно приходить в Иерусалим на праздник Пасхи. Когда Господу было двенадцать лет, они пришли в Иерусалим, взяв с собой и Отрока-Богочеловека. Проведши дни праздника в святом граде, Мария и Иосиф отправились обратно в место жительства своего, Назарет, а Отрок-Господь остался в Иерусалиме. Этого сначала не заметила Богоматерь, не заметил и Иосиф: они полагали, что Господь идет с другими поклонниками. Проведши уже целый день в дороге, достигши вероятно, ночлега, они начали искать Его между родственниками и знакомыми, но не нашли, и возвратились в Иерусалим. Здесь, по прошествии трех дней, они обрели Господа в храме посреди законоучителей, приведенных в недоумение и ужас словом Божиим, исходящим из уст Отрока-Бога. Приснодева, увидев Его, произнесла уже приведенные нами, исполненные нежности слова: Чадо, что сотвори нама тако? се отец Твой и аз боляще искахом Тебе. На это Господь отвечал: Что яко искасте Мене? не весте ли, яко в тех, яже суть Отца Моего, подобает быти Ми? [

В ответе Господа видно, что обязанности относительно Бога посвящается всецело и мысль, и воля, и любовь; обязанностям относительно человеков дано свое место, как видно из событий, последовавших за ответом [

В то время, как Господь уже проповедывал Евангелие, в Кане, небольшом городе Галилейском, совершался брак, на который приглашены были Господь с учениками и Богоматерь [

Вторая половина ответа Господа заключает в себе глубокий, таинственный смысл. Божия Матерь милосердствует о пирующем обществе, у которого посреди пира недостало вина, и желает уничтожить этот недостаток Божественной силой Сына своего: Бог-Слово, по неизреченному милосердию Своему низшедший во образе человека к падшему человечеству, гибнущему на земле от недостатка пищи и пития духовных, принесший человечеству хлеб насущный и питие новое — Свои тело и кровь, Себя, готовый по любви своей к человечеству немедленно даровать это питание, намекает на трапезу, уготованную Богом и уже весьма близкую, говорит: не у прииде час Мой.