Саша вышел.

- Саша откланялся? -поддерживая их с Вадимом ироничную ноту отношений, спросил я Вадима, садящегося за руль, в тот же миг почувствовав, что я ее не вытягиваю. Вадим, что-то буркнув, тронул машину с места. Я почувствовал что-то неладное. Взглянув на него и на мои произнесенные слова, я увидел, как они покрываются отвратительной полевой оболочкой.

- Ой-ой-ой! - сказал я. - Я не то хотел сказать. Я хотел сказать - приказал долго жить? И пояснил: "Просто говоримое всегда имеет свойство возвращаться".

Павитрин заулыбался.

- Если ты услышишь какие-нибудь негативные мысли принимай божественное снисхождение ко мне прежде чем выяснять, что послужило причиной их возникновения. - Я надеялся устранить причину недоразумений и его влияния на меня, зная его.

- Да, я так зачастую и делаю.

- Ты ловишь мои мысли?

- Иногда бывает.

- А на расстоянии или при встречах?

- Хм, - засекретничал он.

- Ой, подумаешь.

Автобус подъехал к областной поликлинике. Павитрин вышел, озадаченный мной.

- Пока.

- Пока, до встречи.

Дальше мы поехали с Трифоном Сигизмундовичем. Он расспрашивал меня о моих ближайших планах, занятиях в свободное время. Расстались мы с ним, довольные друг другом. Этот день прошел у меня практически в безделье. Я сидел в эйфории, залитый легкими розовыми чувствами, и не хотел двигаться с места. Я дышал всей грудью и не мог надышаться. Все остальное казалось несущественным, так как дело стало двигаться. Время летело незаметно. Вечером я, сидя за столом и глядя в окно, приподнявшись сознанием к своду своей головы изнутри, вдруг коснулся названия книги, сказанного мной Вадиму. Утром, когда оно родилось во мне, я увидел его написанным маленькими буквами на уровне моего носа, то есть ниже моего сознания.