Это, однако, не мешает и ему в свою очередь оправдывать инквизицию, которая, по его словам, является жертвой клеветы. "Весь мир знает,- прокламирует не без апломба Н. Лопес Мартинес,- что ее одобряли папы римские и подавляющее большинство самых видных богословов. Поэтому предполагать, что инквизиция была учреждением с крайне порочными целями, означало бы растоптать авторитет папского престола и верить в чудовищную коллективную испорченность всего исторического периода".

Все эти аргументы подавляющего большинства нынешних адвокатов инквизиции вовсе не оригинальны. Они перепевают, несколько модернизировав, основные положения старого апологета инквизиции, идеолога французской реставрации Жозефа де Местра, написавшего, пребывая в эмиграции в Петербурге в 1815 г., в ее защиту известный памфлет "Письма одному русскому дворянину об инквизиции". Жозеф де Местр (1753-1821), граф, иезуит, числился при царском дворе в 1803-1817 гг. посланником лишенного власти сардинского короля. Этот памфлет был издан в Париже в 1821 г. и с тех пор является источником вдохновения для всех ревнителей "священного" трибунала вплоть до наших дней.

Хотя Жозеф де Местр касался только испанской инквизиции, упраздненной в 1812 г. кадиксскими кортесами, он пытался обелить инквизицию в целом и доказать ее общественную полезность. Рассмотрим вкратце его аргументацию. Де Местр начинает с утверждения, что все великие государственные деятели отличаются нетерпимостью к инакомыслящим, и они должны быть нетерпимыми, так как в этом залог их успехов. Существуй во Франции инквизиция, наверняка в этой стране не произошло бы революции 1789 г.

После этих "теоретических" рассуждений де Местр переходит к обоснованию своего основного тезиса: "За все, что имеется в деятельности трибунала (инквизиции.- И. Г.) жестокого и ужасного, в особенности смертные приговоры, несет ответственность светская власть, это ее дело, за что от нее и только от нее одной следует требовать ответа.