При этом Пророк никогда не прибегал к угрозам или оскорблениям, он брался за меч лишь тогда, когда угнетение со стороны язычников, стремившихся искоренить Ислам силой оружия, становилось попросту невыносимым, вновь и вновь доказывая, что готов защищать благородное учение Ислама даже ценой своей собственной жизни, но неизменно прощая при этом своих побежденных врагов. На протяжении веков противники Ислама предпринимали и продолжают предпринимать судорожные попытки обосновать его стремительное распространение не боговдохновенностью нашего мудрого и всеобъемлющего учения, а влиянием неких "объективно-исторических" причин, однако, так и не сумев, в конце концов, найти убедительных доводов, объясняющих с их позиций неоспоримый факт превращения неграмотного бедуина в духовного лидера человечества, под убийственным огнем беспощадной аргументации ученых Ислама, они вынуждены признавать свое полнейшее бессилие. При этом наиболее честные из них в итоге сознаются в том, что считают свои сочинения о Мухаммаде (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) лишь поверхностными трудами, не претендующими ни на новизну сообщаемых фактов, ни и на глубину исследований и что они не в состоянии добавить новых эпизодов к его биографии, в дополнение к уже известным, заимствуя практически все сведения о Святом Пророке (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) из традиционных мусульманских источников. Воздать Пророку (Да благословит его Всевышний Аллах и приветствует!) по его заслугам просто невозможно и поэтому я всегда остаюсь недовольным своими попытками ухватить в достаточной мере хотя бы отдельную часть его сущности, но, к сожалению, любая такая попытка остается лишь жалким фрагментом целого и мне никак не удается избавиться от неприятного ощущения, что всякий раз упущено что-то чрезвычайно важное. Но, тем не менее, я все же попытаюсь изложить перед вами краткое жизнеописание последнего и величайшего из Пророков Аллаха, поскольку знание его биографии, хотя бы в общих чертах, является для правоверных обязательным, а память об этом благородном человеке ничуть не менее благотворна, нежели его присутствие.