"Тогда установи, - сказал я, - истину следующего утверждения: вера есть все, что нужно для церкви". Он сделал это с таким умом и искусством, что присутствовавшие ученые люди захлопали, выражая свое восхищение. Затем я попросил его установить истину утверждения, что милосердие есть все, что нужно для церкви; и это он сделал. Тогда я спросил его об утверждении, что милосердие бесполезно для церкви; и он так нарядил каждое из утверждений, и так украсил их внушающими доверие доводами, что стоявшие рядом переглянулись и сказали: "Ну разве он не мудр?"

"Разве ты не знаешь, - сказал я, - что жить доброй жизнью - это милосердие, а иметь правильные убеждения - это вера? Разве живущий доброй жизнью не имеет также и правильных убеждений? Следовательно, вера является частью милосердия, а милосердие - частью веры? Разве не видишь, что это истинно?"

"Я установлю истину этого, - сказал он, - и тогда увижу". Он сделал это, а затем заметил: "Вот теперь я вижу". Но чуть позже он установил истину обратного, и сказал при этом: "Я вижу, что и это истина". Мы улыбнулись этому и сказали: "Но не противоположности ли это? Как же два противоположных утверждения могут оба представляться истинными?" Он был возмущен этим и возразил: "Ты не прав. Оба утверждения истинны, потому что нет другой истины, чем то, что кем-нибудь установлено как истинное".

Рядом стоял человек, бывший в мире послом высшего ранга. Он был изумлен этим, и сказал: "Я допускаю, что нечто подобное и бывает в мире, но все равно ты сумасшедший. Установи, если можешь, истину утверждения, что свет - это тьма, а тьма - это свет".