Видимо, можно от всего сердца пожертвовать примерно десятую часть того, что до скончания века без толку отдавалось бы названным выше грабителям и еще большему числу [грабителей ] неназванных, если бы не вспыхнул свет Евангелия и не избавил [людей] от этого. Так знайте же, что там, где запрещают [Евангелие], где его предают поруганию, где ему противятся, где на его пути возводятся препятствия, там наверняка действует дьявол, который не только не мешает увеличению числа монастырей и месс, но и побуждает к этому людей. Ведь он понимает, что его дело должны воплощать люди. И это, дорогие господа и друзья, - первая причина, [заставляющая меня ] призывать вас к тому, чтобы мы [обратили внимание на школу ] и тем самым оказали противодействие дьяволу, как вредоноснейшему тайному врагу.

Во-вторых, по словам св. Павла (2 Кор. 6), мы не тщетно приняли благодать Божию и не упустили день спасения. Ведь Всемогущий Бог сейчас воистину отыскал нас, немцев, на нашей родине и ниспослал нам настоящий "золотой год" 10. Сейчас у нас появились утонченнейшие, образованнейшие юноши и мужи, блистающие знанием языков и всех искусств 11, которые могут принести нам громадную пользу в обучении молодежи. Разве мы не видим, что сейчас ребенок за три года - к пятнадцати или шестнадцати годам - может получить больше знаний, чем раньше давали все высшие школы и монастыри? Да и чему учили раньше в высших школах и монастырях? Благодаря такой учебе можно было стать лишь ослом, колодой, чурбаном. Можно было проучиться двадцать, сорок лет и не знать ни латыни, ни немецкого. А о гнусной, порочной жизни [старых школ и монастырей ], в которых развращалась благородная, несчастная молодежь, я и говорить не буду. Воистину, если бы высшим школам и монастырям суждено было оставаться такими, какими они были до сего времени, а молодежь должна была обучаться и жить, как раньше, то я хотел бы, чтобы ни один ребенок никогда ничему больше не учился и оставался бессловесным [неучем].