- Мои пистолетики, где вы! - плакал Одноногий.

- Моя ручка! - рыдал Однорукий.

- Четвертый раз в него попадаю! Пятый раз! - Одноглазый жалостно моргал глазом, - Это можно пережить?

Нашелся Медведь, который всех успокоил; он приделал обратно руку Однорукому, отыскал пистолеты Одноногому и утешил Одноглазого. Медведь все приговаривал, что жизнь наладится, судьба устроится, ничего, ничего, ничего. А потом и о помощи попросил.

- А грабить когда же? - сквозь слезы спросил Одноглазый.

- Я думаю, мы быстро освободим нашу Анну-Елизавету и сразу отправимся разбойничать, такое мнение у моих друзей тоже.

- Наоборот интересней, - проскрипел Одноногий.

- Ясное дело, интересней, - поддержал главаря Одноглазый, - А то мы уже семнадцатый корабль на тринадцатой луже строим, а все без толку - никак в море не попадем.

И Однорукий согласно взмахнул рукой, в который раз проверяя, хорошо ли?

Медведь посоветовался с Котом и сказал:

- Вот как! Мы поплывем на спасение, а если по пути попадется грабеж, приостановимся, а после дальше поплывем.

- По рукам! - сказал Однорукий.

Они снялись с якорей, подняли паруса и вышли на открытую воду вместе с приливом, держа курс на окно Ведьмы.

Вначале все было правильно - ветер попутный, волнение слабое, Кот внимателен. Но вскоре корабль вошел в полосу тумана, и Коту стало трудно удерживать в лапах штурвал, так как стало необходимо вылизываться из-за мокроты тумана. Захлопали паруса, нос корабля зарыскал.

Одноногий взобрался на мостик, наорал на Кота и отослал его в кубрик. Встал сам к штурвалу, но это не помогло - туман сгущался, а компас не действовал, потому что был нарисованным. Тем не менее Одноногий попытался до конца использовать оставшиеся шансы - пристально вгляделся в горизонт, может быть, и постучал по картушке компаса. А корабль терял ход, как будто море стало клеем. Одноногий треснул по ставшему бесполезным штурвалу и отправился к остальным вниз выпить чашку-другую грога.