Однако ж страдалец и тут не уступил, но так-как сами противники были уже побеждены, и смотря на вышечеловеческое его терпение, отступились, — опять был заключен в узы. Наконец приведенный пред судьей в третий раз, он снова произнес то же исповедание и уже полумертвый утоплен в море. Что-же произошло тотчас после сего? Словам, конечно, тот не поверит, кто не видел события собственными очами. Но, сколь ни совершенно знаю это, не могу удержаться, чтобы не возвестить вполне о происшествии, — тем более, что свидетелями его были, просто сказать, все жители Кесарии; это дивное зрелище не укрылось ни от которого возраста. Как скоро сего истинно святого и преблаженного отрока вывезли на средину моря и бросили, казалось, на самое дно его, — вдруг и море, и воздух восколебались необыкновенным смятением и трепетом; так что от сего явления потряслись и земля, и весь город, и в минуту этого дивного, неожиданного землетрясения, море, как бы не могшее носить в себе мертвое тело божественного мученика, выбросило его пред вратами города. Такая кончина блаженного Апфиана случилась второго числа месяца ксантика, за четыре дня до апрельских нонн, в пяток.

ГЛАВА V

О мучениках Улпиане и Эдессие

     В тоже время и в те же самые дни один юноша из города Тира, по имени Улпиан, вытерпев жестокие мучения и тягчайшее бичевание, завернут был в бычью кожу вместе с собакой и аспидом, ядовитым пресмыкающимся, и брошен в море. Поэтому, при описании мученичества Апфианова, мне кажется, кстати упомянули мы и об Улпиане. А спустя немного, однородные мучения с мучениями Апфиана потерпел и Эдессий, единоотечественный брат его не только по Боге, но и по телу. После бесчисленных исповеданий и долговременных страданий в узах, он, по определению префекта, находился в рудокопнях Палестины и во все то время под плащом философа вел жизнь философскую; ибо получив обширнейшее, чем брат его, образование, занимался и науками философскими.