В итоге «реальным политикам» можно не якшаться с этикой Мясник думает о свинье, говорят китайцы, если ты с ними заговариваешь об идеях Идеи только кулисы на сцене мира, вначале умирают за это, потом смеются над этим. Военщина - мистика убийства, история не что иное, как сделка, богатство редко больше, чем остаток преступления, и в то время как одни голодают, другие уже сыты, прежде чем они начали есть. И то, что мы, как жалуется Вольтер, остаемся столь же глупыми, жалкими при нашем исходе из мира, как и при вхождении в него, терпимее, чем то, что его и спустя 2000 лет можно считать таким же глупым и жалким, каким он уже был 2000 лет перед этим. Нужно историю знать, чтобы быть в состоянии ее презирать Лучшее в ней то, что она проходит.

Можно это по-разному оценить, да это так и было бы, сумей мы охватить историю, человечество как общность в целом, хотя тогда бы, я полагаю, все было бы еще страшнее. Однако любая абсолютная полнота событий утопична, наше историческое знание ограниченно, многие и ценнейшие информационные материалы случайно утеряны или намеренно уничтожены, а об огромном большинстве событий материалов никогда не было. Однако все, что мы знаем (ставшее камнями, еще стоящими вокруг, или извлеченные археологами свидетельства), мы знаем лишь из историографии. И сколь ни ничтожна их доля, ее сведения об истории, ничего о ней, кроме этого, мы не знаем - quod nоn est in actis, nоn est in mundo¹

.

Как всякий историк, я рассматриваю лишь одну историю среди бесчисленных историй, частную, более или менее ограниченную историю, но и она, само собой разумеется, ни в своем общем «комплексе деяний» (абсурдное представление), ни в сумме дат событий - теоретически хотя и мыслима, практически невозможна, даже нежелательна.

¹ Чего нет в документах, того нет на свете (лат)

Нет, тема «Криминальная история христианства» обязывает автора к описанию лишь скверных сторон этой религии.