Исконно святоотеческое понимание богословия и его назначения исходит из цели христианской жизни человека, и потому смысл богословия видит в изучении и опытном познании только того, что приводит человека к личному духовному единению с Богом. Богословие, таким образом, в святоотеческом его понимании — это теоретическая и практическая наука о духовной жизни человека, которая открывает ему, с одной стороны, глубину повреждения человеческой природы, личную греховность и неспособность без помощи Божией стать новым человеком, с другой — познание величия любви Божьей, очищающей каждого искренно кающегося от всех скверн его души. Это двустороннее опытное познание рождает в душе самое главное для человека — смирение, которое только делает душу способной к восприятию исцеляющей и освящающей благодати Божией. Преподобный Иоанн Лествичник потому писал: «Совершенство чистоты есть начало богословия».

Но как соотносятся между собой это богословие и семья?

«Сделай твой дом церковью: ты, ведь отвечаешь за спасение и детей, и домочадцев», — говорит святитель Иоанн Златоуст. Семья христианская, оказывается, есть малая, домашняя церковь, основной задачей которой является создание у себя такой атмосферы, которая бы наиболее благоприятствовала приобретению каждым членом семьи спасительных устоев жизни. В подобной семье открывается во всей силе значение деятельного богословия, научающего человека жизни по Христу — в мире и любви.

Многие смешивают естественную любовь, присущую каждому человеку по природе, с любовью христианской. Естественная любовь возникает легко, сама собой, но также быстро и исчезает — часто от первого прикосновения чужого эгоизма (своего, естественно, не видим). Христианская любовь, напротив, приобретается трудом и потому бывает твердой, непоколебимой. Но как она приобретается?