Невозможно одновременно верить и заботиться; если мы верим, мы отдаем все наши заботы Господу. Тот, кто живет иначе, не верит в Бога по-настоящему. Душа такого человека гибнет; жизнь его рушится, он теряет мужество и волю; он ни в чем не находит опоры. Он не знает, как спастись, как свернуть с этого пути, который ведет в пропасть. Он мечется и не находит себе места. Силы — внешние и внутренние — силы, данные ему Богом, покидают его, и он становится тем, кем был в самом начале своего пути — маленьким человечком, немного безрассудным, немного непрактичным во всем, за что берется. И тогда — тогда все кончено. Трагедия церкви — всегдашнее маловерие людей. Ах, люди всегда верили так сильно и смело! Но трагедия всегда и заключалась именно в том, что в своей вере они смотрели не в ту сторону — в сторону, где не было Иисуса, но были тактика и практика, было собственное «я» и его сложные переживания, были люди и мировое развитие. Если бы они верили — и только, тогда им не нужно было бы верить так смело. Тогда бы и горчичное зерно могло сдвинуть с места горы.

Что мы должны делать, чтобы на земле был мир, чтобы люди не стремились к войне? Прежде всего: мы не должны бояться — бояться тех, кто окружает нас. Вполне естественно, что в нынешнее время многие испытывают такого рода страх; это понятно, но тем не менее неправильно, более того — разрушительно! Те, кто живут так, как будто Господь не воскрес из мертвых и не преодолел смерть, те, кто видят в каждом человеке хищника, готового наброситься в любую секунду — те люди никак не помогают делу мира.