Крамер начинал свою деятельность в Тироле, где возбудил к себе сильную враждебность со стороны местного населения. Чтобы обосновать охоту за ведьмами, он уговорил одну распутницу спрятаться в печи, притворившись, что там поселился дьявол. Её голос обвинил многих людей, которых Крамер жестоко пытал. В конце концов епископу Бриксенскому удалось изгнать Крамера, но он уже получил награду за свои труды от эрцгерцога Сигизмунда (которому Молитор посвятил свой труд в 1489 г.)

Совместный труд двух друзей-инквизиторов одобрен официальным письмом богословского факультета Кёльнского университета от 1487 г., и это тоже освещает его с весьма неожиданной стороны. Дело в том, что это одобрение обманчиво, поскольку (как заметил Хансен), его подписали лишь четыре профессора из всего университета, и их поддержка ограничивается заявлением, что части I и II не противоречат католическому вероучению, и что часть III заслуживает доверия благодаря приведённым в ней свидетельствам. Ещё четыре профессора вместе с университетским педелем дополнительно одобрили положение против священников, неосторожно отрицающих колдовство. Тем не менее, их заявление не появлялось в кёльнских изданиях до 1494 г., пока не умер педель, после чего оно было подшито и в более ранние издания, предназначенные для продажи вне Кёльна. В результате все пришли к выводу, что письмо – подделка, прибавляющая престиж книге. Коллеги Шпренгера по университету не отслужили заупокойную мессу после его смерти 6 декабря 1495 г. Это упущение могло быть вызвано тем, что он завещал своё имущество за пределы Кёльна, но, с другой стороны, могло быть обусловлено и его академической непорядочностью. Авторы «Молота ведьм» стремились любыми средствами добиться обязательного сожжения ведьм. Особенно примечательно то, что протестанты, повсюду противостоявшие инквизиции, считали «Молот ведьм» авторитетом и законом во всём, что касалось ведьм.