Своим прозвищем Старший Шамай обязан не возрасту, а положению — подобно Ѓилелю и другим выдающимся мудрецам, стоявшим во главе общины. В ту эпоху титул рабби (господин, учитель) еще не давался мудрецам. Шамай Старший был одним из старейшин — выдающихся законоучителей своего поколения — и членом Санѓедрина.

Мишна рассказывает о том, как Шамай был назначен заместителем главы Санѓедрина, вторым лицом после паси, взамен таинственного Менахема

То была эпоха царствования Гордуса (Ирода). Значение Санѓедрина как высшего законодательного органа уменьшилось, и параллельно возросло число частных домов учения, в которых расцвели различные направления и школы. Прежде, когда ѓалахическое законодательство оставалось прерогативой единственного полномочного собрания — Великого Санѓедрина — для свободы мнений не оставалось достаточно простора, и имевшиеся между школами разногласия не могли достичь той остроты, какую приобрели теперь

Несмотря на то, что дома Шамая и Ѓилеля не вступали в прямое общение и подвергали друг друга резкой критике, соперничество между ними не переросло в настоящую вражду. Приверженцы обеих школ демонстрировали терпимое отношение к оппонентам. Более того, они, как сказано в Талмуде: обращались друг с другом дружелюбно и приязненно

Школы Ѓилеля и Шамая обсуждали широкий круг ѓалахических проблем. В этих обсуждениях несложно заметить тенденции, обусловленные личностью каждого из великих законоучителей. Даже спустя столетия, когда многое в суждениях мудрецов изменилось, когда были развиты новые ѓалахические положения, все еще верным было бы утверждение, что именно облик основателя придает каждой школе ее своеобразие.