нетерпелив; хочу быть смиренным, но сатанинская гордость нашла

уже во мне просторный уголок; хочу быть ласковым - между тем,

когда нужно показать ласку, я оказываюсь грубым; хочу быть

несребролюбивым и щедрым, но сребролюбие и скупость при малейшем

поводе, как голодные и рыкающие львы, уже требуют себе пищи;

хочу быть простым, доверчивым, но лукавство и сомнение уже

гложут мое сердце; хочу быть степенным, сосредоточенным и

благоговейным в служении Вседержителю, но легкомыслие и

сердечная невнимательность уже предварили меня; хочу быть

беспристрастным, воздержанным в пище и питии, но, когда увижу

приятную пищу и питие и сяду за стол, я, как невольник,

увлекаюсь своим чревом в приятный плен, легко позволяю себе

съесть и выпить больше, чем сколько требует моя природа:

жадность и невоздержание опять предваряют и пересиливают мое

желание быть равнодушным к пище и питию. Я подобен тому

расслабленному, который тридцать восемь лет лежал на одре своем

и сколько раз ни приходил к овчей купели, исцелявшей всякого,

кто первый опускался в нее после возмущения воды ее Ангелом, -

ин прежде его слазил (Ин. 5, 7). И когда я, расслабленный

грехами моими, собираю свои усилия и прихожу сам в себя, - с

намерением погрузиться в Боге и измениться к лучшему, - ин

прежде меня слазит в мое сердце, грех, диавол упреждают меня в

моем собственном доме, в моей собственной сердечной купели, не

допускают меня до Источника живых вод - Господа, не дают мне

погрузиться в очистительной купели веры, смирения, сердечного

сокрушения и слез. Кто же меня исцеляет? - Один Иисус Христос.

Когда Он увидит мое искреннее и твердое желание исцеления от

душевного расслабления, мою теплую молитву о том, тогда скажет

мне: возьми одр твой и ходи (Ин. 5, 8), - и я встану с одра