Если бы мы терпели насилие от злых духов, то всячески мог бы освободивший нас Бог сделать нас неподверженными невольному изменению; ныне же этого нет, но Он избавил нас Крещением от насильственного рабства, упразднив грех Крестом, и постановил заповеди свободы, пребывать же или не пребывать заповедях попустил самовластной нашей воле. Потому, сколько исполняются заповеди, настолько и означают свободу и любовь к Освободившему, а насколько бывают пренебрегаемы или оскудевают, настолько и показывают наше пристрастие к сластям. Иные претыкаются своими собственными помыслами и говорят: «Хотим исполнить заповеди и не можем, будучи держимы властью греха, а потому и надлежит прежде подвизаться и изгладить грех, чтобы быть в состоянии исполнять заповеди свободы», не разумея ни того, что говорят, ни того, о чем утверждают. Если ты вовсе не имеешь свободы и не можешь исполнять заповедей, то какими же делами и подвигами изгладишь, по твоим словам, грех? Подвиги верных суть заповеди. Ты говоришь: «Я не могу исполнить заповедей, если сперва не очищусь чрез подвиги». Покажи мне, как говоришь, подвиги, кроме заповедей, и я покорюсь твоему образу мыслей. Если укажешь на молитву, —это есть заповедь; если скажешь о низложений помыслов, — и это заповедь; если о посте и бдении, — и это тоже есть заповедь; если укажешь на подаяние или отвержение своей души, — это заповедь; если скажешь «смерть», или «крест», или иное какое–либо дело добродетели, — все они суть заповеди. И потому получившим силу (к исполнению) заповедей как верным Господь заповедует подвизаться в них, дабы не возвращаться назад, не то, чтобы посредством их изгладить грех, но чтобы более не возвращаться к нему. Ибо и эти заповеди не искореняют греха: это есть дело единого креста, но они лишь хранят пределы данной нам свободы. Иначе, скажи мне, если ты искореняешь грех Адамов посредством дел, то как же «Христос умре грех наших ради по Писанием»? Но противоречить сему не могут, а лишь вопрошают непоследовательно, рассматривая все по своим мнениям и не повинуясь истине Св.