
Только так, [думаю я], слово Христа объединяется с изречениями, которые обосновывают меч. И мысль в данном случае сводится к следующему: ни один христианин не должен ни брать меча для своего дела, ни взывать о необходимости его применения, но для другого может и должен он и брать его, и взывать о необходимости его применения, чтобы воспрепятствовать злу и защитить благочестие. Точно так же Господь в том же месте говорит: «Христианин не должен клясться, но его словами должны быть: „да", „да", „нет", „нет" 37; это значит, что для себя самого и по собственной воле и желанию он не должен клясться. Но если этого требуют необходимость, польза и святость, или это нужно для возвеличения Бога, то должен он клясться. И как нужна ему ради служения другому запрещенная клятва, точно так же ради служения другому ему нужен запрещенный меч. Подобным образом часто клялись Христос и Павел, чтобы сделать Свое учение и свидетельство полезным людям и достойным веры. Как это делалось и может делаться в союзах и договорах и т. д., об этом свидетельствует Псалом 62: «Восхвален будет всякий, клянущийся Им [Богом ]»38.
Ты спрашиваешь еще о том, могут ли стражники, палачи, юристы, адвокаты и прочий сброд также быть христианами и обрести Царство Небесное? Ответ: если власть и меч — служба Божья, как объяснялось выше, то все это также должно быть Божьей службой, необходимой власти для того, чтобы применять меч.
