На свадебном пиру в Кане Галилейской не хватило вина. Богородица видит, что гости недовольны, а хозяева смущены. Побуждаемая милостью и сочувствием, Она обратилась к Сыну Своему со словами: "Вина у них не стало", желая подсказать Ему, что Он мог бы помочь этим бедным людям. Однако Иисус ответил Ей: Что Мне и Тебе, Жено? Вот в этих словах Иисуса тебе и чудится укор, вот об этом ты пишешь и спрашиваешь, так ли это?

Нет, это не укор. Ведь если бы в тех словах был укор, Богородица почувствовала бы его в тот же час сильнее, чем мы сегодня. Если бы Она поняла, что Сын укоряет Ее, Она замолчала бы и больше не проронила бы ни слова. Между тем, Она тотчас сказала слугам: "Что Он скажет вам, то и сделайте".

Что Мне и Тебе, Жено? Это слова просвещения, а не укора. Господь хотел просветить Свою Мать, но не укорять Ее. Она из сочувствия подумала о плотской, более низкой, потребности присутствующих людей, а Он - о более высокой, духовной. Она хотела, чтобы все шло хорошо, по обычаю, чтобы никто не был обижен или пристыжен, а Он желал пробудить заснувшие и излечить заболевшие души людские. Он сошел к людям, чтобы воду нашего бытия претворить в вино, из пепла раздуть огонь. Матерь Божия, правда, хотела, чтобы Сын Ее сделал доброе дело для этих людей, однако доброе дело, о котором Она думала, было совсем крохотным. Господь тоже хотел свершить доброе дело для людей (и в этом Его сердце согласно с сердцем Матери), но Его дело - дело превеликое, соразмерное с Его Величием, и полезное всем поколениям людей до конца света. Когда гостям и сватам не хватило вина, его можно было занять и у соседей. В той земле не было недостатка в вине. Однако в тот момент важно было не вино, но чудо. Вино люди выпьют и забудут, а чудо не забывается. Вино, как потребность плоти, принадлежит земному царству, а чудо, как потребность души, принадлежит Царству Небесному.