6. Но что делать мне? На мою душу нападают старики, древнейшие упомянутых философов: Ферекид, который утверждает, что начала всех вещей — Зевс, Хфония и Кронос: Зевс — эфир, Хфония — земля, Кронос — время; что эфир начало деятельное, земля — страдательное, а время — то, в чем происходит все. Но и эти старики спорят между собою. Левкип почитает все это глупостью, и утверждает, что начала всех вещей безпредельны, вечно движимы и чрезвычайно малы, и что тончайшие из них поднявшись вверх, образуют огонь и воздух, а твердые спустившись вниз, составляют воду и землю. Доколе же буду принимать такие учения и ничему истинному не научаться? Разве освободит меня от заблуждения Демокрит, открывающий, что начало всех вещей есть сущее и не сущее, что сущее есть полнота, а не сущее — пустота, и что полнота производит все в пустоте посредством или превращения, или фигуры. Пожалуй, я готов согласиться с добрым Демокритом и вместе с ним смеяться; но меня отвлекает плачущий Гераклит, утверждая: начало всего есть огонь, который имеет два состояния: разрежение и сгущение, первое — деятельное, второе страдательное, то - соединяет, а это разделяет. Но довольно уже для меня: мне вскружили голову столько разных начал. Но вот еще Епикур приглашает меня не пренебрегать его прекрасного учения об атомах и пустоте, так как все происходит и уничтожается от многоразличного и многообразного соединения их.

7. Не противоречу тебе, прекраснейший Эпикур. Но над твоим учением смеется Клеанф, поднимая голову из колодезя. Я почерпаю из него истинные начала всех вещей, — Бога и материю, и утверждаю, что земля превращается в воду, а вода в воздух, что воздух поднимается вверх, а огонь находится в окружности земли, что по всему миру распростерта душа, часть коей одушевляет и нас.