— Это мелочь, но отражает скрытую тенденцию. Год был 1980-й, и конца брежневскому идиотизму было не видно. Я взглянул на Тошу с некоторым недоверием.

Неужели ты думаешь, что мы в состоянии приблизить конец красных? Надеюсь, ты не собираешься записывать нас в диссиденты?

Нет, — ответил он. — Мы только вспахиваем поле. Потом придут сеятели, за сеятелями — жнецы.

…и свет будет их серпом, — закончил я фразу из "Сутры Короны", которую Тоша писал в то время. Не законченная рукопись лежала перед ним на столе.

Мы работаем с сознанием людей, и это неизбежно приведет к изменениям в системе.

— А как насчет КГБ? — поинтересовался я.

— Не все люди, работающие на Комитет, безнадежны. Среди них есть, например, талантливые экстрасенсы.

— Ты имеешь в виду тех, о ком упоминала Нана?

— Не только их. И не забывай, — Тоша повторил свой жест, указав пальцем вверх, — нас защищают. Хотя всякое может случиться, так что нужно быть готовыми ко всему.

— К чему, например?

Я почувствовал внутри себя неприятный холодок.

— Например, к «Индии», — сказал он осклабившись.

— Мы что, уже в Индию отчаливаем?

— Нет, это так в зоне раньше называли специальный барак для провинившихся, где на пол зимой налита вода, а вдоль барака положены длинные жерди. Так что жить там можно только на корточках, сидя на этих самых жердях. Бурятские ламы, говорят, умудрялись на них медитировать. Дандарона держали в таком бараке.

Я не мог удержаться от вопроса:

— Почему духовно развитых людей в мировой истории так часто преследовали? Вместо того чтобы учиться у них?

— Высокие духовные вибрации активизируют силы Тьмы, — ответил Тоша.

Я спросил:

— Что же, все люди делятся на светлых и темных?

— Большинство — серые.

Мы некоторое время молчали.

— Так какой же у тебя план?

Тоша метнул на меня пронзительный взгляд и сказал: