Как я уже говорил, хотя я убежден на основе этих изречений, что посредством человеческих рук или мятежа папство и духовное сословие не будут уязвлены, а их зловредность настолько отвратительна, что для них недостаточно любого наказания, кроме единственно гнева Божьего безо всякого посредничества, я еще никогда не пытался стать поперек дороги тем, которые угрожают кулаками и цепами. Так знай же, что к ним не присоединятся; пусть даже некоторые и выступят, все же это не превратится во всеобщее выступление. Ведь намного больше священников убивали безо всякой суматохи и мятежа в прежние времена, когда еще трепетали перед их отлучением и когда еще не давал о себе знать гнев Божий; но теперь он заявил о себе и их никто не боится, а, наоборот, они понапрасну боятся [нас], подобно тому как до сего времени они тщетно запугивали нас своим ложным отлучением и в нашем страхе черпали далеко идущие высокомерные желания.

Поскольку, [как мне кажется ], дело до кулаков не дойдет, мне нет [особой ] нужды выступать против этого. Но все же мне хотелось бы хоть немного вразумить сердца. И прежде всего позвольте мне обратить внимание на светскую власть и дворянство, которые обязаны по долгу их законной службы способствовать этому, [т. е. Реформации], каждый князь и господин в своей земле. Ведь то, что совершается при посредстве законной власти, не должно расцениваться как мятеж. Однако они пускают все это на самотек, более того — один мешает другому. К тому же некоторые помогают делу антихриста и оправдывают его. Но Господь, пожалуй, отыщет их и воздаст им после того, как они применят свою силу и власть для спасения или же, напротив, погибели — телесной и духовной — своих подданных. Но и простому народу подобает смирить свой нрав. Ему следует сказать, чтобы он воздерживался от бурного проявления чувств, а также слов, склоняющих к мятежу, и не приступал к делу без приказа или содействия властей. Его нужно поучать следующему.