Вокруг этих слов и по сей день ведутся нескончаемые споры. Прежде всего необходимо отметить, что явственный отзвук арамейского языка свидетельствует, что обетование пришло из самых ранних пластов евангельского предания; считать его поздней вставкой нет веских причин[42]. Далее, если право "вязать и решить" дано и другим ученикам, то только Петру вручены ключи Царства. Это библейское выражение означает, что человек становится ответственным хранителем, попечителем, стражем[43]. Такое служение невозможно осуществить одними человеческими средствами, но подвиг Симона как земной ответ на божественное вопрошание - от этого не становится меньше. Он внял голосу Отца в тот момент, когда "плоть и кровь" умолкли, принял священный риск веры и поэтому стал скалой, на которой Мессия начинает воздвигать Свое Царство.

x x x

Мы не знаем, ответил ли что-нибудь сам Петр на речь Христа. Но, конечно, и он, и ученики почувствовали, как с их души спал груз сомнений, долго их тяготивший. Господь прежде никогда не объявлял Себя Мессией, даже и сейчас сказал об этом косвенно, но тем не менее Он принял Петрово исповедание. Словно Он хотел, чтобы люди сами произнесли нужное слово, сами узнали Сына Божия в Учителе из Назарета.

Как бы то ни было, дни недомолвок, вопросов, загадок, недоумений, казалось, отошли в прошлое. Он Тот, о Ком возвещали пророки! Пусть временно умаленный, Он скоро перестанет скрываться и умаляться; впереди Иерусалим: грянут трубы, сбегутся толпы, первосвященник торжественно выйдет из Храма, а язычники в страхе побегут из священного города...

И вдруг снова удар: Иисус к огорчению учеников строго запрещает им открывать людям тайну Своего мессианства. Значит, все будет по-прежнему!.. Но мало того, Он начинает говорить о вещах, с которыми они никак не могут примириться. Оказывается, в Иерусалиме Его ожидает не слава, но муки и смерть, а "восстанет" Он лишь "в третий день". О "трех днях" Иисус говорил и раньше. Они означали неопределенный срок испытаний. Так, по крайней мере, выражались пророки[44].