– Нет, нет! – раздалось несколько нерешительных голосов.

– Кто же это сделал? Все молчали.

– Глеб Скамейкин, ты староста класса и должен знать, кто это сделал.

– Я не знаю, Ольга Николаевна. Когда я пришел, морячок уже был на стене.

– Удивительно! – сказала Ольга Николаевна. – Кто-нибудь да нарисовал же его. Вчера стена была чистая, я последней уходила из класса. Кто сегодня пришел в класс первым?

Никто из ребят не признавался. Каждый говорил, что он пришел, когда в классе было уже много ребят.

Пока шел разговор об этом, Шишкин старательно списывал упражнение в свою тетрадь. Кончил он тем, что посадил в моей тетради кляксу и отдал тетрадь мне.

– Что же это такое? – говорю я. – Брал тетрадь без кляксы, а отдаешь с кляксой!

– Я ведь не нарочно посадил кляксу.

– Какое мне дело, нарочно или не нарочно! Зачем мне в тетради клякса?

– Как же я отдам тебе тетрадь без кляксы, когда уже есть клякса? В другой раз будет без кляксы. – В какой, – говорю, – другой раз?

– Ну, в другой раз, когда буду списывать.

– Так ты что, – говорю, – каждый раз у меня собираешься списывать?

– Зачем каждый раз? Иногда только.

На этом разговор кончился, потому что как раз в это время Ольга Николаевна вызвала Шишкина к доске и велела решать задачу про маляров, которые красили в школе стены, и нужно было узнать, сколько школа израсходовала денег на окраску всех классов и коридоров.

«Ну, – думаю, – пропал бедный Шишкин! На доске задачу решать – это тебе не с чужой тетрадки списывать!»

К моему удивлению, Шишкин очень хорошо справился с задачей. Правда, решал он ее долго, до конца урока, потому что задача была длинная и довольно трудная.

Мы все, конечно, догадались, что Ольга Николаевна нарочно задала нам такую задачу, и чувствовали, что на этом дело не кончится.