На месте, где стоял Харилал, не было больше преданного Кришны. В глубине его сердца сияло теперь видение «не приходящее и не уходящее вовеки». Он имел желание увидеть Бога, и Бог наконец явил ему себя настолько близко, что после этого Харилал уже больше не мог к нему обращаться как к «Ты»; ибо несравненный Свет сиял теперь в глубочайшем центре его самого.

Впоследствии мы часто виделись с Харилалом. Мы понимали друг друга настолько хорошо и были настолько расположены друг к другу, что пользовались любым случаем, чтобы побыть вместе и поговорить о вещах, которые были главными в жизни для нас обоих; в особенности мы делали это потому, что, по нашему общему мнению, в жизни было мало людей, с которыми мы могли обсуждать эти вопросы.

Несмотря на это, Харилалу было трудно понять, зачем мне нужно было ограничивать себя ритуалами и другими обязательствами моей христианской веры. «Атман, Истинное Я не ограничено ничем», — часто говорил он.

Это создавало для него некоторую проблему, поскольку он хорошо знал, что ни лень и ни недобросовестность не служили причиной тому, что я не мог сделать свой окончательный шаг к свободе, для которой, как ему казалось, я был «полностью готов»... [В действительности, привязанность Абшиктананды к Христу и церкви оставалась ненарушенной вплоть до его смерти в 1973 году. В своем дневнике 28 декабря 1973 года он записал: «Если я говорю, что верю в Христа, это означает, что Христос является Богом для меня. Богом-для-меня, потому что нет абстрактного Бога... Иисус — это лицо Бога, направленное к человеку и лицо человека, направленное к Богу».]

Мне доставляло особенное удовольствие навещать его в джунглях Майсура, когда он работал там. Каждый раз, когда я проезжал через эту часть мира, например, направляясь из Пуны в Бомбей, я всегда делал перерыв в моем путешествии на два дня, чтобы только увидеть его.