Мы с женой расположились на траве, у кромки воды, рядом с нами сидели трое наших сыновей, опираясь на поваленное дерево. По ту сторону пруда находился луг, который и был сценой вечернего представления. Когда дневной свет начал меркнуть, на этот луг, прямо на зрителей, из ивняка вышел огромный лось. Он заметил нас и остановился, мы же сидели, затаив дыхание. В тишине он скрылся за деревьями так же таинственно, как и появился. Но прежде чем мы успели расстроиться из-за его исчезновения, с другой стороны луга появилась лосиха с лосенком. Мы наблюдали за ними, пока не наступила ночь.

Прохладный ветерок шевелил над нами кроны сосен. Сверчки запели свою сумеречную песню. Лосиха легла в высокую траву, но мы по-прежнему могли видеть ее и детеныша. Было слышно, как на болоте перекликались друг с другом цапли, оглашая окрестности своими зычными первобытными криками. Наши мальчики еще теснее прижались к нам. Прямо у наших ног проплыл бобер, оставив на поверхности пруда зигзагообразный след, который медленно растаял на серой водной глади. Вдалеке, там, где сгрудившиеся облака напоминали причудливый замок, началась гроза, о чем можно было судить по ярким вспышкам молнии. Когда наконец опустилась тьма, на окраину луга в поисках корма вышло небольшое стадо оленей. В довершение картины, как бы напоминая о себе, начал выть одинокий койот. Этот вечер был самым завораживающим из всех, что мне довелось провести на природе, его можно было назвать живым произведением искусства. Шотландский поэт Джордж Макдоналд прекрасно знал, что в такие моменты до нас доносится некий таинственный зов.

Из незнакомых далей сине-нежных Воздушные потоки без преград, Пересекая сумрачные земли, Несут с собою жизни аромат. Доносятся какие-то намеки, И в сердце проникает чудный звук, Таинственный, чуть слышный шепот