На высшей своей стадии творческая гениальность и религиозная святость смыкаются. Гениальностью достигается святость, иначе гениальность злая. Хотя внешние выражения они продолжают иметь разные, внутренние состояния гения и святого качественно идентичны. Мастер не занимается постом и молитвой, но для создания произведений как бы настраивает свое сознание на ту же ноту, что и монах. Самоограничение, подавление страстей для него также необходимо. Разница здесь формальная, сущность процесса и цель единые - очищение и освобождение. Истинный художник трудится над формой, лишь чтобы войти в Царство Божие, где отсутствует форма.

7.

Речь присутствует лишь в человеческой форме существования. Чтобы пользоваться словом для обозначения внешней и внутренней реальности необходима способность сознания вычленять из своего содержания объект, действие и признак и создавать не подкрепленное существованием понятие об объекте, действии или признаке, которым и присваиваются некоторые совокупности звуков.

Однако известно, что объект и понятие не идентичны. Загрязненность сознания всегда в той или иной степени интерпретируют объект, окрашивает его в оттенки, неповторимые, как отпечатки пальцев, типы которых, сгруппировавшие в себе похожие искажения, воплощены в наличии множества языков.

Слово, хотя, вроде бы, отнесено к объекту, в устах каждого передает лишь содержание индивидуального ментального акта. Будучи по своей природе знаком объекта, из-за неспособности человека видеть только объект оно вынуждено обозначать понятие, оставаясь при этом само по себе его объективней.

Слово - инструмент, во-первых связывающий, а во-вторых - сближающий объект и понятие. Относясь к тому общему, что существует между многообразием последних, оно как бы наталкивает человека на мысль о делимости их на субъективное и объективное.