Значит, так. В январе мне исполнилось четырнадцать лет и в тот день мы с отцом пошли посмотреть, как пойдет та сталь, которую все так долго ждали и которая никак не давалась, просто чудо какое-то! Отец надеялся, что, может, долгожданная сталь наконец получится, станет подарком ко дню моего рождения, подарком не только мне, но и всем. Возможно, отец загадал, что все должно получиться хорошо. И по всем законам производства все должно было получиться хорошо, говорю вам. Почему вот уже больше недели выходящая сталь не отвечает требующимся от нее характеристикам, никто разобраться не мог, даже самые лучшие специалисты. И химики в лаборатории при производстве только разводили руками.
Я постоял на рабочей площадке мартена, поглядел, как жидкая, до огненного цвета раскаленная сталь льется в формы. Это зрелище, доложу я вам! Мартены у нас большие, тонн по четыреста весом, и когда сталь пускают по формам, создается впечатление, что настоящие огненные потоки текут в каком-то невероятном царстве. Люди в специальных защитных масках на фоне огненных рек кажутся почти прозрачны ми черными тенями, чем-то нереальным. По-моему, к этому зрелищу нельзя привыкнуть, даже если видишь его изо дня в день на протяжении многих лет и знаком с ним чуть ли не с пеленок. Все равно невольно будешь робеть перед огненным великолепием, которое сами же люди и сотворили. Оно будет представляться тебе колдовством, принадлежностью какому то другому миру.
Но возвращаюсь к тому, с чего начал.
В тот морозный январский день настроение у всех было довольно мрачное. Хотя производство, где работал отец, вы пускало особые марки и сорта стали, легированные, нержавеющие, бронебойные, и на сталь эту всегда был спрос, про давали ее и в Америку, и в Европу, однако уже три месяца сталеварам не платили зарплату, и ходили разговоры, что и в этом месяце никто не получит ни копейки.